14 августа 1977 года взрыв на складе боеприпасов Данненвальде.

«Молния угодила именно в тот штабель реактивных снарядов «град», где отсутствовала защита от грозовых разрядов»

Иван ИВАНИЦКИЙ
27.07.2004

О взрыве на артиллерийском складе в Германии в 1977 году, на котором хранились такие же боеприпасы, как под Новобогдановкой в 2004-м, рассказывает очевидец событий

Ровно 10 лет назад, летом 1994 года, завершился вывод советских войск из Германии. Чуть раньше на территорию Украины из бывшей ГДР перекочевали сотни тысяч тонн боеприпасов. Часть их унаследовал и артсклад под Новобогдановкой в Запорожской области, «прогремевший» на всю страну взрывами в мае нынешнего года. Об этом чрезвычайном происшествии сообщали все СМИ, его причины анализируются до сих пор.
А вот о ЧП на военном складе в селе Данненвальд в Германии в 1977 году никаких сообщений не было. Между тем взрыв на этом засекреченном объекте едва не привел к трагедии. За действия по ликвидации последствий взрыва мой собеседник -- в то время начальник противопожарной службы Группы советских войск в Германии -- Владимир Власенко был награжден медалью «За боевые заслуги». Боевая медаль в мирное время дается не часто… О том, что произошло в Данненвальде в 1977-м, Владимир Гаврилович, ныне начальник противопожарной службы Госкомрезерва Украины, подполковник запаса согласился рассказать «ФАКТАМ».
«Кабину нашего танка пронзило семью осколками»
-- Тот случай памятен до сих пор, -- говорит Владимир Власенко. -- В августе 1977-го первый замглавкома генерал-полковник Борис Стенков позвонил по телефону: «Власенко, возле села Данненвальд взорвался склад боеприпасов. Выезжай немедленно туда. Задача одна: не допустить жертв!» Километрах в 20 от места ЧП меня остановили немецкие полицейские. Посмотрели на мой «аусвайс» и кивнули: «Вперед, камрад!» А впереди -- клубы дыма.
Возле штаба я представился члену военсовета 2-й гвардейской танковой армии генерал-майору Комову. Тот сразу повысил тон: «Где вы раньше были? Почему не приняли мер?». Молча выслушал этот маленький генеральский разнос и спокойно ответил: «Имею приказ и. о. главкома произвести разведку и не допустить жертв». Комов все понял, подозвал комполка подполковника Михайлова: «Дайте ему БТР, пускай делает разведку». Но уже на пороге обронил: «Отставить, в бронетранспортере он сгорит, дайте ему танк».
… Подошли мы к лесу. А вокруг летает все, что может летать: гильзы, снаряды. Я еще не успел фуражку на каску сменить. Тут комдив полковник Иван Корбутов подошел: «Ну что, пожарный, поехали?» Дал команду снять топливные баки и -- вперед, в самое пекло.
-- Простите, речь идет о пожарном танке?
-- Да их тогда еще и в помине не было! На боевом танке курсировали по территории до пяти вечера. (Взрыв случился в полдень. ) Вокруг -- ад кромешный. Я механика успокоил -- боеприпасы на земле уже не представляют опасности, но порассовывать их в разные стороны гусеницами не мешало бы.
-- А они, что, действительно были безопасными?
-- Если пользоваться военной терминологией, они имели неокончательно снаряженный вид. Но разлет имел довольно бойкий характер. Когда прибыли с территории, я доложил генерал-лейтенанту Георгию Тарасову, председателю созданной комиссии по ЧП: «Разведку необходимо продолжить, так как неизвестна судьба спецзарядов». А тут как раз подоспела и служба ракетно-артиллерийского вооружения во главе с начальником отдела хранения боеприпасов полковником Иваном Мельником. Нам дают еще два боевых танка -- действуй!
Время уже за десять вечера. А взрывы еще продолжаются. Из танка я выбрался лишь в первом часу ночи, взял блокнот и срисовал с него все координаты взрывов на план хранилища -- что, где, сколько.
Утром мы с членами комиссии уже делали пеший обход территории, предоставив возможность прокуратуре и особому отделу заняться своими обязанностями. И когда я сегодня рассказываю об этом своим коллегам, они не верят.
-- Вы хотите сказать, что «танкотоптанием» все и обошлось?
-- Именно! Никакого тушения вообще не проводилось. Пожарная команда на место происшествия прибыла, однако так и не приступила к работе. А кабину нашей машины пронзило семью осколками, никого при этом даже не поцарапав. Уникальный случай!
«Когда я получил метеосводку, все стало на свои места»
-- Погодите, Владимир Гаврилович, но почему вы не кинули в бой пожарных?
-- Лабораторные исследования, неоднократно проводимые специалистами, показали следующее: если в течение 15 минут после начала пожара на складе боеприпасов пожарные не приступают к активному тушению пожара, то все дальнейшие старания бесполезны. Более того, если время упущено, то поступает команда всем покинуть территорию, поскольку начинаются взрывы.
-- А в вашем случае время было упущено. Хотя территория склада предполагает наличие гидрантов и пожарных водоемов.
-- Все было -- и гидранты, и водоемы. И работало безотказно, ведь наши склады располагались на бывших складах немецкого вермахта, где все было продумано до мелочей… Забегая вперед, скажу, что меня потом долго донимали вопросом: почему случился взрыв? Ведь был выходной день, склады опечатаны, никакие работы на них не производились.
-- И как вы отвечали на вопрос -- что случилось?
-- Я сказал членам комиссии, что, пока не получу на руки сводку метеослужбы немецкой стороны, заверенную печатью и подписью, -- к ответу не готов. Дело в том, что над Данненвальдом в тот день прошел дождь. И вот когда я получил метеосводку, все стало на свои места. В тот день над складом действительно имел место грозовой разряд. В результате молния угодила в штабель, где отсутствовала молниезащита. И по закону подлости это был как раз штабель «эрэсов-21» -- реактивных снарядов «Град». Точно таких же, которые хранились и в Новобогдановке.
Началась цепная реакция. Осколки пошли вразнос по всей прилегающей территории. А обваловывание отсутствовало. Ящики складировались вдоль железной дороги по схеме: штабель слева -- штабель справа, допуск -- 50 вагонов под открытым небом. По аналогичной схеме хранились боеприпасы и в Новобогдановке.
Для справки: на 275-й артбазе под Новобогдановкой до взрыва хранилось 4 775 условных вагонов снарядов, при штатной норме 4 тысячи, две трети -- под открытым небом, обваловывание отсутствовало на 40 открытых площадках. Если же говорить о всех складах ВВ (взрывчатых веществ) на территории Украины, то молниезащитой оборудованы лишь 88 процентов из них.
-- Когда в Данненвальде комиссия завершила работу, то какими цифрами потерь она располагала?
-- Тогда в воздух взлетело 550 вагонов, склад был перегружен. А в Новобогдановке боеприпасов взорвалось в девять раз больше. И радиус разлета осколков в Данненвальде был значительно меньше -- один--два километра, за исключением отдельных случаев. Нас спасли 50--100-летние сосны, их верхушки после ЧП были срезаны, словно пилой. Лес здорово «затормозил» разлет и уберег местных жителей. Немцы взяли организацию безопасности людей на себя, оцепив все вокруг.
«Чем толще оболочка, тем взрыв мощнее»
-- Владимир Гаврилович, во время ЧП вы настояли на том, чтобы продолжить разведку, так как была неизвестна судьба склада «спецзарядов». Что представлял собой этот склад?
-- У меня сохранился его снимок. Он также сооружался гитлеровским вермахтом, имел железобетонное обваловывание метровой толщины и металлические двери такой прочности, что снарядом не пробить. Вместительность небольшая -- до 10 вагонов. Этот склад находился на территории того, что взорвался.
-- И сколько примерно ядерных зарядов там было?
-- А я не говорил о ядерных зарядах.
-- Что же тогда хранилось в гитлеровских бункерах?
-- Пусть это будут… спецзаряды.
-- Хорошо. В случае взрыва 10 вагонов этих «спецзарядов», какими могли бы быть последствия?
-- Я вам так скажу. Почему граната производит такой сильный взрыв? Чем толще оболочка, тем взрыв мощнее. То, что было в хранилище, могло привести к сильнейшему взрыву. Подобно тому, как подрывают старые здания, -- взрыв поднимает все вверх, потом все опускает на землю…
Знаете, в свое время особый отдел оставил мне пару десятков снимков, зафиксировавших последствия взрыва в Данненвальде. В качестве наглядного пособия я демонстрировал их личному составу, а также командирам частей, чтобы воочию убедились, к чему может привести несоблюдение норм пожарной безопасности. И еще об одном должен сказать. В свои курсантские годы мы очень гордились старыми полковниками, которых любовно называли «тушилами». А сколько у нас подобных «тушил» сегодня, которые тушили газовые и нефтяные фонтаны, склады боеприпасов? Их можно сосчитать по пальцам. Почему же тогда их не приглашают в качестве консультантов, экспертов, разведчиков в случае ЧП? Оперативность нужна для ликвидации последствий чрезвычайного происшествия. Но никогда не нужно спешить с поиском причины случившегося -- скоропалительные версии лишь вредят установлению истины…

Ссылка
На немецком правда.